22:44 

Битва за Арракис, часть 18: Умри сегодня

Adunithil anNair
Сделай доброе дело - помоги Злу победить! // Душитель свободы и демократии// EVIL IS GOOD
Дела у герцога Ахиллуса шли хуже некуда.

Почти сразу же после окончания объявленного падишах-императором Ашиаром двухмесячного перемирия для подготовки к войне старшие офицеры Дома Атрейдесов доложили ему о том, что одна их база превратилась в груду обломков вследствие произошедшего по неизвестной причине взрыва горючего и боеприпасов, а также о нападении ордосских налетчиков на другую базу, повлекшем за собой значительные разрушения и потери среди личного состава. Герцог сильно расстроился, пусть и не подал виду: мало того что погибло много людей, так теперь еще придется изыскивать новые средства на покупку техники и строительство стен вокруг основной базы. Он понял, что обойтись без защитных сооружений все же не удастся, иначе все важные объекты и саму базу разнесет на осколки первый же ордосский танк. Поэтому он изменил свои планы и приказал заморозить строительство еще двух баз, чтобы пустить все освободившиеся деньги на укрепление основной. Всех людей с той базы, которую не так давно обстреляли враги, пришлось быстро перевести на основную, потому что денег на восстановление разрушенных сооружений у герцога не было, а для проведения строительных работ требовались люди. Среди них были Тоньо и управляющий, которых сразу после прибытия отправили заниматься укреплениями.

- А ты слыхал новость? – как-то раз сказал старик своему давнему знакомому, когда они вместе закручивали гайки на крепежах какой-то детали. – Генерал наш что-то странное творит. Дочку свою единственную, Кассандру, сюда приволок. С ума сошел!

- Здесь же война, - растерянно пробормотал Тоньо, в памяти которого разом всплыли пугающие картины недавнего ордосского нападения. – Зачем?

- Да говорит, будто дома у нас, на Каладане, за ней толком догляду не будет, у ней же матери-то нет и сестра старшая утонула. Помню, как плакали мы все, когда молодая госпожа Электра умерла, ее из воды рыбаки вытащили – вся такая синяя, холодная, а ведь при жизни была такая красавица, - сокрушался управляющий. – Если бы она замуж вышла, то могла бы за младшей сестренкой приглядеть, пока отец на войне, а теперь генерал Тирис Кассандру с собой привез, хоть тут и опасно.

- Так госпожа Кассандра, получается, сейчас здесь? – бывший садовник задал этот вопрос с деланным безразличием, как если бы говорил о погоде на Каладане, которая порой не менялась неделями, пытаясь ничем не выдать того, что дочь генерала ему отнюдь не безразлична. – Да, непросто ей, бедной, будет.

Старик потянулся за гаечным ключом, лежавшим чуть поодаль в ящике с инструментами.

- Здесь, - вздохнул он. – Будет непросто, да еще как непросто, ты вон молодой, не то что я, да и то от жары задыхаешься. Только мы люди простые, ко всему привычные, а она девушка знатная, нежная, прямо как травка весенняя. Как она тут зной этот ужасный терпеть будет? А если на базу нападут? Ой, боюсь я об этом думать, не хочется мне на тот свет, пусть я уже и стар, - закончил он свою невеселую мысль.

Тоньо ничего не ответил, продолжая заниматься работой; металл накалялся на беспощадном солнце и жег солдатам руки даже сквозь перчатки, а противный песок, который был тут повсюду, умудрялся забиваться и в защитный фильтр – или фильтр на самом деле был просто дешевый и некачественный. Кассандра, Кассандра… Юноша понимал, что испытывает к этой девушке нечто большее, чем просто дружескую симпатию, и ловил себя на мысли о том, что очень хотел бы снова ее увидеть, перекинуться хотя бы парой слов. Как жаль, что нельзя вернуть то, что было совсем недавно! Жизнь у молодого садовника и его семьи была очень нелегкой, и нередко он думал о том, как им тяжело и плохо, но потом, когда проходило какое-то время, он понимал, что на самом деле счастлив был раньше. Раньше, когда у него не было братьев и сестер, которых нужно было кормить, когда у него была работа, пусть даже тяжелая, изнурительная и высасывающая все силы, когда он снова нашел место, к тому же с питанием, когда не было никакой войны, никакого Арракиса с его убийственной жарой и песком, засыпающим все вокруг, когда он мог спокойно разговаривать с Кассандрой и оба они стояли под старой яблоней в таком тихом и безопасном саду генерала Тириса. Как давно это было? Совсем, совсем недавно, а кажется, будто прошла целая вечность и та яблоня осталась в другой, мирной, жизни вместе со свежим влажным воздухом Каладана и его серым облачным небом. Сейчас он отдал бы полжизни за каплю дождя и… за возможность снова встретиться и поговорить с Кассандрой. Может, ему удастся поглядеть на эту прекрасную девушку хотя бы одним глазком?

- Эй, ты чего замолчал? – окликнул его управляющий. – Давай еще поболтаем, просто так работать скучно. А вот скажи мне, Тоньо, если бы ты захотел жениться, да еще мог бы жениться на ком твоей душе угодно, ты бы взял в жены Кассандру?

Юноша дернулся, словно его ударило током.

- Да что ж вы так шутите-то, - нарочито обиженным тоном ответил он. – Кто ж за меня ее отдаст? Да за меня никто и самую что ни на есть бедную девушку замуж не выдаст, у меня ж самого мало что в хижине с голоду мышь повесилась, так я еще и отца своего знать не знаю.

Управляющий пребывал в веселом расположении духа и решил, что Тоньо на него обиделся.

- Да ты не злись, я же просто так пошутил, не имел желания тебя задеть, извини, пожалуйста, - тут же проворчал он. – Я вот о чем: ты себе представь, если бы Кассандра была, как и ты, простолюдинкой или ты родичем герцога, и ты бы мог на ней жениться, ты бы женился?

Тоньо изобразил на лице полное равнодушие, пусть это и далось ему с трудом.

- Ну, я, честно говоря, не знаю… я бы у матушки своей совета спросил, что она об этой девушке думает, послушал бы, что люди другие говорят. Я же не знаю о ней ничего совсем, только видел ее несколько раз в усадьбе господина Тириса, подумал, что она красивая очень, да и все. Если бы мне сказали, что она хорошая, и посоветовали ее в жены взять, так тогда бы, наверное, и женился. Нельзя же так самому решать, без согласия старших.

- Правильно думаешь, - одобрил управляющий. – Старших, в особенности родителей, надо слушать, они тебе плохого не посоветуют. Это хорошо, что ты свою матушку уважаешь и не стал бы с ней спорить. Можно еще с родителями девушки поговорить, если они люди приличные, то и дочь свою такой воспитали. Кто знает, а вдруг тебе в жизни повезет и ты все-таки найдешь себе невесту? Я вон тебе уже говорил, вернусь домой живым, так женюсь обязательно.

Юноша сделал вид, будто очень устал, работая на жаре, и пробормотал в ответ нечто невразумительное. Старик продолжал говорить о своем, расписывая, как нашел бы себе приятную во всех отношениях вдовушку, можно даже с детьми, зажил бы своим домом и наладил хозяйство. Тоньо вежливо кивал и поддакивал, делая вид, будто слушает управляющего, но на деле снова погрузился в свои невеселые мысли. Как всегда – «если бы». Если бы у него был отец, если бы он был из обеспеченной семьи… Да в конце концов, если бы он мог просто пойти и поговорить с Кассандрой! Вот сейчас он работает, занимается своими обычными делами, а она сидит где-то тут на базе, совсем рядом с ним, возможно, даже в соседнем здании, он же не может ничего сделать, чтобы с ней встретиться. Нельзя, нельзя, нельзя, он скован по рукам и ногам этими негласными запретами, которые испокон веков существуют в мире, нельзя идти, куда ты хочешь, делать, что хочешь, жениться на той девушке, что тебе нравится, и даже с ней разговаривать. Старик интересовался, как бы Тоньо поступил, будь у него возможность все-таки жениться на Кассандре? Что ж, он знает, как бы поступил, пусть и не сказал этого вслух. Если бы он мог взять Кассандру в жены, он бы уж точно не стал делать так, как его отец, и тащить девушку в постель безо всякой церемонии, а потом даже не интересоваться тем, что где-то у кого-то от него родился ребенок. Он бы поступил как порядочный человек и попросил руки Кассандры у ее отца, они сыграли бы свадьбу, а уже потом у них родились бы дети. Несправедливо все устроено, одним можно делать все, что они захотят, а другим, наоборот, нельзя, и потому в жизни все и получается не так, как надо.

Тоньо снова задумался о том, кто мог быть его вероятным родителем. Наверное, это был обеспеченный человек, один из тех, у кого его мать трудилась в доме. Как его отец и мать понравились друг другу? Или отец вообще не интересовался ее мнением, лишь удовлетворил свои желания, а та пусть выкручивается с ребенком как хочет? Юноша по природе был довольно застенчив, но сейчас жалел о том, что не стал спрашивать у матушки о том, кто его отец. Конечно, она могла разозлиться и отказаться отвечать, но кто знает – может, и рассказала бы. Тогда ее сын ушел бы на войну, зная, благодаря кому и как появился на свет; конечно, это ничего не изменило бы в его судьбе, и он жил бы, как и раньше, но почему-то Тоньо считал, что ему было бы спокойнее от этого знания.

***

Вечером после отбоя Тоньо долго ворочался с боку на бок; разные мысли не давали ему уснуть. Он по-прежнему думал о Кассандре, о своей семье, оставшейся на Каладане, о своем возможном отце, пока наконец не задремал, но вместо команды офицера его разбудил сигнал тревоги. Сирена громко взвыла на всю казарму; юноша резко сел на своей койке, протирая глаза. За окном еще были сизые утренние сумерки.

- Что такое? – спросил он у сослуживца, спешно натягивая штаны и гимнастерку. С улицы до него донесся невнятный гул и грохот, словно там что-то взрывалось.

- Да ничего, наверное, просто учебная тревога, - пожал плечами тот.

- Какая учебная, на нас напали! – испуганно заорал молодой лейтенант, который вбежал в казарму, чтобы объяснить солдатам, в чем дело, и услышал их слова. – Быстрее, быстрее, вставайте, берите оружие, и бегом отстреливаться, наши там уже обороняются, кто ночью не спал и на посту был!

Вместе с товарищами Тоньо выскочил во двор; от неожиданности он даже не ощущал страха. Вокруг в воздух взлетали тучи песка – он едва успел надеть защитный фильтр и очки, чтобы прикрыть глаза и нос, что-то бухало, гудело, выло. Юноше хотелось закричать, убежать в никуда, упасть на землю, лишь бы спастись от всего этого, но внезапно он вспомнил о Кассандре. Она здесь, и он знает, что она ужасно боится Харконненов. Конечно, у него мало шансов ее защитить и сделать так, чтобы никто ей не навредил, но пока он жив, он будет стараться, чтобы этого не произошло.

- Кто на нас напал? – робко спросил он у старшины. – Это Харконнены?

Тот вглядывался в силуэты движущихся людей и машин, видневшихся сквозь пробитую врагами брешь в стене.

- Нет, - сухо ответил он. – Это снова Ордосы. С ними проще, если сейчас отобьемся, они уйдут – до следующего раза. Трусливые и хитрые твари. Харконнены напористые, эти же подлые, от них можно ждать чего угодно! Да что ты застыл, словно пень! Давай, отстреливайся! Ждешь, пока тебе снарядом голову оторвет?

Тоньо поднял ружье и несколько раз выстрелил туда, где Ордосам удалось пробить в стене дыру – не целясь, наобум. Там по-прежнему маячили машины и люди в форме; их было плохо видно из-за туч песка и через стекла защитных очков, но солдат смог разглядеть, что один из врагов все-таки упал. Он выстрелил еще раз, и еще, и еще, но тут над его головой просвистело что-то огромное. В следующее мгновение раздался страшный грохот, взрывной волной юношу отбросило на несколько метров, окатив песком. Оглушенный, но не раненый Тоньо понял, что совсем рядом и в самом деле разорвался снаряд. Через силу он заставил себя подняться, стряхнул с гимнастерки песок и осмотрелся. Несколько его товарищей, включая управляющего, лежали чуть поодаль без движения. Спотыкаясь, он бросился к ним, чтобы проверить, живы ли они; двое были мертвы, еще трое едва дышали, а старику, с которым они так мило беседовали вчера, оторвало кисть левой руки, и теперь он был без сознания. Тем временем тяжелая техника Атрейдесов перешла в контрнаступление и открыла ответный огонь; благодаря этому Тоньо смог вытащить из поясной сумки перевязочный пакет и в меру своего умения кое-как замотал старику запястье, после чего позвал на помощь медслужбу.

Ордосы оказались верны себе и на этот раз: поняв, что жертва пока что еще недостаточно слаба, чтобы не суметь дать отпор, они быстро ретировались, оставив у стен базы Атрейдесов один покореженный трайк-налетчик. Судя по следам крови на песке, с их стороны тоже не обошлось без жертв. Тоньо и других солдат спешно отправили заделывать пролом в стене, а раненых разместили в свободных казармах. Вечером того же дня за пострадавшими прилетел карриал, чтобы доставить их сначала в космопорт, а потом на родину – у герцога не было возможности построить госпиталь на Арракисе, и на базе раненым оказывали только самую необходимую и срочную помощь. Юноша проводил домой старого управляющего, который из-за Ордосов теперь остался одноруким калекой, в душе почему-то ощущая не сочувствие, а зависть – пусть старик и пострадал при взрыве, зато он едет на Каладан, в то время как его товарищам придется прозябать здесь.

- Ну все, отвоевался я, - грустно сказал управляющий, кривясь от боли в раненой руке. – Удачи тебе, сынок. Не дай себя убить, будь бдителен и возвращайся живым к своей матушке.

- А вы теперь как? – Тоньо осторожно обнял старика, который, по счастью, мог держаться на ногах – в отличие от других своих сослуживцев.

- Да уж как-нибудь, - пробормотал тот. – Думал я вот, что женюсь, так теперь мне и жениться не придется, кто за инвалида замуж пойдет, лишняя обуза. Лучше б я сегодня умер.

- Ну нет, тут вы неправы, - юноша попытался подбодрить своего знакомого. – Война идет, мужчин мало, пусть даже и инвалид вы, но правая-то рука у вас цела, и хоть что-то вы по хозяйству делать можете. Наверняка же найдется какая-нибудь вдовушка, которой нужна опора и поддержка, а вы к тому же человек добрый, обижать ее не станете. Так что не сетуйте на судьбу, все у вас еще будет неплохо, я рад, что вы сегодня не погибли. Только жаль, что поговорить мне теперь не с кем, мы же с вами хорошо поладили.

Старик вымученно улыбнулся.

- Может, еще и свидимся. А то даже и поработаем вместе. Генерал Тирис – человек добрый и милосердный, авось меня и без руки на работу возьмет.

Тоньо с тоской окинул взглядом базу. Кругом песок, камни, железо, хоть бы один зеленый листик, как красиво было на Каладане с его зеленью, и управляющий уже совсем скоро сможет увидеть родину – пусть и без руки. Он еще легко отделался: многие раненые лежали без сознания, кому-то осколками разорвало внутренности и перебило кости, и теперь люди нуждались в срочных операциях, а кто-то даже не дожил до прилета карриала, и их похоронили в песке прямо на территории базы – транспортировка тел стоила слишком дорого, и родственники погибших вскоре получат от командующих уведомления о том, что их близкие погибли на войне. Он даже не смог бы описать словами то, что сейчас чувствует: тоску, подавленность, растерянность, страх…

- До свиданья, - ответил он управляющему со слезами в голосе. – Надеюсь, что смогу еще когда-нибудь поработать с вами.


ficbook.net/readfic/104704/10386315#part_conten...

@темы: фанфики, Дюна

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Горная крепость

главная